Борьба за культуру
Re: Борьба за культуру
Видео
Последний раз редактировалось Psy-World 04 фев 2011, 21:35, всего редактировалось 2 раза.
Re: Борьба за культуру
Исторические памятники Крыма внесут в каталог
![Изображение](http://e-crimea.info/pictures/s_o0d1yqHT59ZizCjDJFIg8t7kAf3GevSa_.jpg)
В следующем году власти Крыма планируют создать каталог археологических и культурно-исторических памятников. Как сообщили в министерстве курортов и туризма Крыма, реестр памятников культурного наследия поручено составить Республиканскому комитету Крыма по охране культурного наследия. В крымском бюджете на следующий год предусмотрены средства на изготовление охранных паспортов для памятников. На сегодняшний день из около 200 историко-культурных объектов Крыма, которые внесены в каталоги ЮНЕСКО, почти половина не имеет охранных паспортов.
![Изображение](http://e-crimea.info/pictures/s_o0d1yqHT59ZizCjDJFIg8t7kAf3GevSa_.jpg)
В следующем году власти Крыма планируют создать каталог археологических и культурно-исторических памятников. Как сообщили в министерстве курортов и туризма Крыма, реестр памятников культурного наследия поручено составить Республиканскому комитету Крыма по охране культурного наследия. В крымском бюджете на следующий год предусмотрены средства на изготовление охранных паспортов для памятников. На сегодняшний день из около 200 историко-культурных объектов Крыма, которые внесены в каталоги ЮНЕСКО, почти половина не имеет охранных паспортов.
Re: Борьба за культуру
Археологи нашли в Файюме полторы сотни остраконов
![Изображение](http://allnewspoint.com/content/original/2010-12/348393.jpg)
Археологи нашли на территории греко-римского поселения Сокнопайу Незос (Диме эс-Себа), расположенном в двух километрах к северу от озера Карун в египетском городе Файюме, тайник. А в тайнике — специальные глиняные таблички, из-за которых появилось слово остракизм. Министр культуры Фарук Хосни (Farouk Hosny) объявил, что находка была сделана в ходе раскопок, которые ведет итальянская археологическая экспедиция из Университета Саленто.
Генеральный секретарь Высшего совета древностей Египта доктор Захи Хавасс (Zahi Hawass) рассказал, что всего было обнаружено 150 остраконов. На каждом из них написано имя жреца, который служил в храме, посвященном богу Сокнопайосу. Тексты, написанные демотическим письмом (одна из форм письма египетского языка), относятся к римскому периоду. Историки надеются, что их изучение позволит лучше понять местные религиозные традиции и изучить просопографию (метод создания коллективной биографии) греко-римского Египта.
Глава экспедиции доктор Марио Капассо (Mario Capasso) считает, что остраконы первоначально хранились в специальном складском помещении, расположенном во дворе напротив храма Сокнопайоса. По мнению археолога, черепки были выброшены за пределы территории храма во время нелегальных раскопок конца XIX века.
Историки уже давно изучают Сокнопайу Незос. Этот археологический памятник важен для понимания истории греко-римского общества в Египте, так как он прекрасно сохранился, и на еготерритории находят множество папирусов и других письменных источников. Это поселение в древности стояло на одной из торговых дорог и достигло расцвета в I-II веках. Кроме храма Сокнопайоса времен Птолемеев археологи обнаружили здесь множество статуй сфинксов, а также римские и демотические папирусы.
Остракон – керамический или каменный осколок, на котором записывались чернилами или выцарапывались слова. Слово «остракон» происходит от греческого ostrakon, которое означает «раковина» или «глиняный черепок». В Афинах в случае, когда решался вопрос об изгнании того или иного члена общества, горожане, имевшие право голоса, писали или выцарапывали его имя на таких черепках. Затем голоса подсчитывались, и неугодный горожанам человек изгонялся из города на срок в десять лет (отсюда происходит термин «остракизм»).
Юлия МИНЕЕВА
Источник
![Изображение](http://allnewspoint.com/content/original/2010-12/348393.jpg)
Археологи нашли на территории греко-римского поселения Сокнопайу Незос (Диме эс-Себа), расположенном в двух километрах к северу от озера Карун в египетском городе Файюме, тайник. А в тайнике — специальные глиняные таблички, из-за которых появилось слово остракизм. Министр культуры Фарук Хосни (Farouk Hosny) объявил, что находка была сделана в ходе раскопок, которые ведет итальянская археологическая экспедиция из Университета Саленто.
Генеральный секретарь Высшего совета древностей Египта доктор Захи Хавасс (Zahi Hawass) рассказал, что всего было обнаружено 150 остраконов. На каждом из них написано имя жреца, который служил в храме, посвященном богу Сокнопайосу. Тексты, написанные демотическим письмом (одна из форм письма египетского языка), относятся к римскому периоду. Историки надеются, что их изучение позволит лучше понять местные религиозные традиции и изучить просопографию (метод создания коллективной биографии) греко-римского Египта.
Глава экспедиции доктор Марио Капассо (Mario Capasso) считает, что остраконы первоначально хранились в специальном складском помещении, расположенном во дворе напротив храма Сокнопайоса. По мнению археолога, черепки были выброшены за пределы территории храма во время нелегальных раскопок конца XIX века.
Историки уже давно изучают Сокнопайу Незос. Этот археологический памятник важен для понимания истории греко-римского общества в Египте, так как он прекрасно сохранился, и на еготерритории находят множество папирусов и других письменных источников. Это поселение в древности стояло на одной из торговых дорог и достигло расцвета в I-II веках. Кроме храма Сокнопайоса времен Птолемеев археологи обнаружили здесь множество статуй сфинксов, а также римские и демотические папирусы.
Остракон – керамический или каменный осколок, на котором записывались чернилами или выцарапывались слова. Слово «остракон» происходит от греческого ostrakon, которое означает «раковина» или «глиняный черепок». В Афинах в случае, когда решался вопрос об изгнании того или иного члена общества, горожане, имевшие право голоса, писали или выцарапывали его имя на таких черепках. Затем голоса подсчитывались, и неугодный горожанам человек изгонялся из города на срок в десять лет (отсюда происходит термин «остракизм»).
Юлия МИНЕЕВА
Источник
Re: Борьба за культуру
ПЛАНОМЕРНОЕ РАЗРУШЕНИЕ РОССИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ
29.12.2010 14:54
Пресс-конференция по итогам Межрегиональной акции в защиту культурного наследия, состоявшаяся в Московском Независимом пресс-центре 27 декабря, совпала с еще одним знаковым явлением наших неспокойных будней – оглашением приговора Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву.
Вероятно, поэтому она не была особо многолюдной, на естественность чего сразу указал один из ее участников - член президиума экспертно-консультативного общественного совета при главном архитекторе Москвы Алексей Клименко. По его словам, наблюдаемое вокруг этого скандального дела административное беззаконие, достойно особого общественного внимания. Однако, обсуждение не менее актуального проблемы организованного разрушения отечественной культуры в пресс-центре вызвало не менее острые впечатления, чем произвол ставшего притчей во языцех "басманного правосудия".
Собственно, первым, не имевшим до сих пор прецедентов, результатом последней акции защитников культурного наследия можно назвать проявление солидарности в ее организации нескольких региональных представительств. Как сообщила координатор акции Елена Новожилова, очень по-разному, но синхронно, на улицы своих городов вышли жители Калининграда, Челябинска, Москвы, Рязани, Архангельска. К этой же акции был приурочен прошедший в ее канун – 18 декабря, митинг в Воронеже, проведены опросы на предмет отношения граждан к угрозам российской культуре в других городах. Таким образом, оказалось, что беспокойство искусствоведов и реставраторов, культурологов и юристов Москвы не просто разделяют их коллеги и другие представители культурной общественности разных регионов. Исчерпав другие возможности донесения до сведения безответственных светских и церковных чиновников тех рисков, которые возникли в результате узаконения передела собственности, представители сознательного гражданского сообщества готовы выходить на улицу.
Интересно, что если в других регионах местные власти воздержались от нарушений законодательства, гарантирующего свободу выражения мнений, то в Калининграде органы самоуправления оказались настолько подконтрольными местной епархии РПЦ МП, что не получив на то "благословения", так и не подтвердили организаторам факт согласования ими акции под надуманными предлогами. В результате, состоялся народный сход, а организаторам, в руках которых были плакаты, было предложено проследовать в отделение милиции, где на них немотивированно составлялись протоколы об …оказании сопротивления.
Доктор искусствоведения, зав.лабораторией музейного проектирования Российского института культурологи Алексей Лебедев в своем выступлении привел ряд типичных примеров произвола светских чиновников и клерикалов, в результате которых объекты, представляющие музейную и культурную ценность перекочевывают их государственной собственности в собственность, либо в безраздельное распоряжение религиозной организации. Когда говорится об утрате культурного наследия, "речь идет не о какой-то отдаленной перспективе, - заметил Лебедев. – Это наследие утрачивается прямо сегодня, и происходит это у всех на глазах".
Доктор искусствоведения, зав. отделом древнерусского искусства Государственного института искусствознания Лев Лифшиц отметил, что угрозы культуре перестали быть проблемами узкого экспертного сообщества и стали проблемами всего общества нашей необъятной страны. Более того, проблема вышла за пределы музейной темы, и пример с Челябинским органным залом – лишь первое тому свидетельство. Речь теперь идет именно о защите всей культуры, а не какого-то ее фрагмента. По словам Лифшица, это видно и в прозрачности того, как оговоренная в новопринятом законе недопустимость приватизации музейной движимости преодолевается постановлением №490, на основании которого музей можно продолжать разорять. При этом, страдают в первую очередь памятники, находящиеся в муниципальных владениях, где они обременяют местную власть, которая после открытия законом такой возможности, конечно же предпочитают избавляться от обременения, якобы, "переваливая" заботы о памятниках на церковь.
Было упомянуто и о том, что вопреки Гражданскому кодексу, предусматривающему разрешение вопросов об имуществе в судебном порядке, "закон о передаче" вопреки федеральному законодательству предусматривает для этого некие комитеты и комиссии. Исходя из масштаба ценностей, подлежащих переделу собственности, такая традиционная бюрократическая практика предоставляет широчайшие возможности для злоупотреблений криминального порядка.
Лифшиц напомнил и о такой кричащей детали, что закон не имеет никакой мотивации. Как обычно, любой подобный акт имеет преамбулу, в которой изложены причины, ставшие стимулом для принятия закона. Тогда, как в данном случае общество имеет дело с откровенным законом о переделе государственной собственности, созданном ради оправдания такого передела. Если исходить из положений Конституции, то в нашем социальном государстве появился новый класс собственников, интересы которого игнорируют абсолютно все прочие. В отличие от любых инцх форм собственности, тихой сапой введена новая - клерикальная собственность, защита интересов которой поставлена выше защиты интересов любых других собственников.
Искусствовед из Государственной Третьяковской галереи Левон Нерсесян выразил недоумение странностью и неуместностью такой мотивации РПЦ МП ее заинтересованности в переделе ценной собственности, как религиозная. Как известно, для обеспечения состояния "молитвенности" в православной традиции принято придерживаться совершенно других критериев. Православные подвижники стремились не к обладанию сокровищами, а к молитвенному уединению, для которого им были совершенно не нужны роскошные излишества. Теперь же, судя по амбициям клерикалов, им для "молитвенного уединения" потребовались и Новодевичий монастырь, и Тевтонские замки и даже Дом культуры, который выстроен на участке, где раньше находился домик лютеранского пастора.
В выступлении координатора Общественного комитета "В защиту музея-заповедника Рязанский Кремль" Ирины Кусовой, представляющей своего рода ветеранов из подвергшихся церковной экспансии объектов культуры прозвучала убежденность, что нынешнее расширение фронта сопротивления переделу культурного наследия – явление естественное. Первая межрегиональная акция солидарности прошла недостаточно масштабно, и это вполне объяснимо отечественной традицией медленного раскачивания. Однако то, что идея о ее проведении возникла спонтанно сразу в нескольких регионах, то, что уже после проведения акции в адрес организаторов продолжают поступать все новые и новые сообщения о желающих участвовать в сопротивлении клерикализиции в будущем, говорит о том, что она была только началом. Ирина Кусова отметила, что особую заинтересованность в проблеме в последнее время проявляет молодежь. Ранее этого в такой степени не наблюдалось, но молодые – от 18-20 до 30 лет граждане сами изучают ситуацию и проявляют недюжинную компетентность в понимании степени той угрозы культуре, которую представляют собой беспечные эксперименты законодателя и аппетиты клерикалов.
Одних только общественных акций по мнению Кусовой, конечно, недостаточно, и в направлении защиты культуры требуется комплексная работа на всех уровнях. Она напомнила, что уже через день после акции музеем Рязанский кремль было получено предписание из Министерства культуры немедленно оформить соглашение о передаче РПЦ МП очередного, на этот раз Архангельского собора, входящего в комплекс музея. Руководство музея, разумеется, прогнулось и подготовило такое соглашение, причем, с нарушением уже принятого закона, без условия компенсации музею утраченной площади. То есть, происходит именно то, о чем эксперты предупреждали еще в процессе обсуждения проекта – церковь вытесняет музеи на улицу, захватывая памятники для использования из в утилитарных, культовых целях, либо коммерческих целях.
Заметим, что с 1 января 2011 года вступает в силу закон, в соответствии с которым находящиеся во владении религиозных организаций памятники культуры окажутся окончательно недоступными какому-либо контролю со стороны музеев. Далее церковь распоряжаться ими по закону самостоятельно
Замечание Алексея Клименко о том, на что указывает успех в продавливании антиконституционного закона, было вполне логично и напрашивалось само собой. Эксперт считает, что принятие норматива прошло на ура, несмотря на возражения экспертов, проявление беспокойства и возмущения со стороны общественности и специалистов из других сфер. При условии того, что фактически произвольная передача культурных объектов в пользу церкви происходит под разными предлогами уже давно, все это говорит о том, что страна подвергается планомерному разграблению. Но только теперь, когда оно стало еще и узаконенным, у общества появляется еще одна возможность осознать масштабы новой катастрофы, с которой столкнулась страна по милости политических лидеров и крупнейшей религиозной организации России – Московской патриархии.
Доктор философских наук, религиовед Екатерина Элбакян отметила в происходящем отчуждении культурного наследия от народа и государства наличие такого доминирующего признака, как "воинствующий дилетантизм". Для принятия столь важных, казалось бы, решений, власти оказался совершенно не нужен профессионализм отечественных ученых – искусствоведов, историков, реставраторов и других.
Решения, касающиеся основы основ любого государства – общенациональной культуры, принимаются на основании суждения некомпетентных в вопросе клерикалов и чиновников. В результате дилетантизма, проявляемого и на уровнях принятия решений в масштабах страны, России наносится громадный урон. Страна с разрушенной культурой перестанет быть собственно страной, а в данном случае – принудительной клерикализации, - процесс захвата культурного наследия породит и этноконфессиональные конфликты, которые в отличие от политических не решаются даже посредством проявления политической воли.
Претендуя на памятники, сохраненные государством и обществом, клерикалы совершенно не интересуются громадным количеством погибающих храмов по всей стране. Захват исключительно музейных объектов и ценной недвижимости, часто не имеющей отношения к церкви, говорит об исключительно материальных интересах узкого клана собственников.
Наблюдаемая тенденция тотального сращивания одной из более чем 60-ти российских конфессий с государственной властью является прямой клерикализацией страны, ведущей общество в условия дикой средневековой теократии. Понятно, что это может быть мечтой и самой конфессии, и неких сил, стремящихся к безраздельному властвованию над народом, но нельзя не заметить, что такая тенденция прямо противоположна общемировой тенденции развития цивилизации.
Замечание Левона Нерсесяна о том, что и принятый антиконституционный закон не будет работать, так как на исполнение его условий у государства заведомо нет ни средств, ни возможностей, лишний раз подтверждает, что вся история с ним является открытым очковтирательством. Доверявшему власти и авторитету церкви обществу предложена всего лишь плохо сконструированная ширма, призванная прикрывать собой целенаправленное разрушение общенациональной культуры. Стремление превратить народ в косное население, которому вместо его многовековой истории подсовываются наспех создаваемые идеологами мифы, объясняется просто: вполне определенным силам в России нужны не граждане, а подданные. Более того, судя по клерикальным амбициям церковной ветви власти, желательно и крепостные.
В заключение мероприятия было сообщено о формировании в настоящее время Общероссийского движения в защиту отечественной культуры, и осуществлении общественными силами ряда иных правовых мер, направленных на противостояние антиконституционному беспределу.
29.12.2010 14:54
Пресс-конференция по итогам Межрегиональной акции в защиту культурного наследия, состоявшаяся в Московском Независимом пресс-центре 27 декабря, совпала с еще одним знаковым явлением наших неспокойных будней – оглашением приговора Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву.
Вероятно, поэтому она не была особо многолюдной, на естественность чего сразу указал один из ее участников - член президиума экспертно-консультативного общественного совета при главном архитекторе Москвы Алексей Клименко. По его словам, наблюдаемое вокруг этого скандального дела административное беззаконие, достойно особого общественного внимания. Однако, обсуждение не менее актуального проблемы организованного разрушения отечественной культуры в пресс-центре вызвало не менее острые впечатления, чем произвол ставшего притчей во языцех "басманного правосудия".
Собственно, первым, не имевшим до сих пор прецедентов, результатом последней акции защитников культурного наследия можно назвать проявление солидарности в ее организации нескольких региональных представительств. Как сообщила координатор акции Елена Новожилова, очень по-разному, но синхронно, на улицы своих городов вышли жители Калининграда, Челябинска, Москвы, Рязани, Архангельска. К этой же акции был приурочен прошедший в ее канун – 18 декабря, митинг в Воронеже, проведены опросы на предмет отношения граждан к угрозам российской культуре в других городах. Таким образом, оказалось, что беспокойство искусствоведов и реставраторов, культурологов и юристов Москвы не просто разделяют их коллеги и другие представители культурной общественности разных регионов. Исчерпав другие возможности донесения до сведения безответственных светских и церковных чиновников тех рисков, которые возникли в результате узаконения передела собственности, представители сознательного гражданского сообщества готовы выходить на улицу.
Интересно, что если в других регионах местные власти воздержались от нарушений законодательства, гарантирующего свободу выражения мнений, то в Калининграде органы самоуправления оказались настолько подконтрольными местной епархии РПЦ МП, что не получив на то "благословения", так и не подтвердили организаторам факт согласования ими акции под надуманными предлогами. В результате, состоялся народный сход, а организаторам, в руках которых были плакаты, было предложено проследовать в отделение милиции, где на них немотивированно составлялись протоколы об …оказании сопротивления.
Доктор искусствоведения, зав.лабораторией музейного проектирования Российского института культурологи Алексей Лебедев в своем выступлении привел ряд типичных примеров произвола светских чиновников и клерикалов, в результате которых объекты, представляющие музейную и культурную ценность перекочевывают их государственной собственности в собственность, либо в безраздельное распоряжение религиозной организации. Когда говорится об утрате культурного наследия, "речь идет не о какой-то отдаленной перспективе, - заметил Лебедев. – Это наследие утрачивается прямо сегодня, и происходит это у всех на глазах".
Доктор искусствоведения, зав. отделом древнерусского искусства Государственного института искусствознания Лев Лифшиц отметил, что угрозы культуре перестали быть проблемами узкого экспертного сообщества и стали проблемами всего общества нашей необъятной страны. Более того, проблема вышла за пределы музейной темы, и пример с Челябинским органным залом – лишь первое тому свидетельство. Речь теперь идет именно о защите всей культуры, а не какого-то ее фрагмента. По словам Лифшица, это видно и в прозрачности того, как оговоренная в новопринятом законе недопустимость приватизации музейной движимости преодолевается постановлением №490, на основании которого музей можно продолжать разорять. При этом, страдают в первую очередь памятники, находящиеся в муниципальных владениях, где они обременяют местную власть, которая после открытия законом такой возможности, конечно же предпочитают избавляться от обременения, якобы, "переваливая" заботы о памятниках на церковь.
Было упомянуто и о том, что вопреки Гражданскому кодексу, предусматривающему разрешение вопросов об имуществе в судебном порядке, "закон о передаче" вопреки федеральному законодательству предусматривает для этого некие комитеты и комиссии. Исходя из масштаба ценностей, подлежащих переделу собственности, такая традиционная бюрократическая практика предоставляет широчайшие возможности для злоупотреблений криминального порядка.
Лифшиц напомнил и о такой кричащей детали, что закон не имеет никакой мотивации. Как обычно, любой подобный акт имеет преамбулу, в которой изложены причины, ставшие стимулом для принятия закона. Тогда, как в данном случае общество имеет дело с откровенным законом о переделе государственной собственности, созданном ради оправдания такого передела. Если исходить из положений Конституции, то в нашем социальном государстве появился новый класс собственников, интересы которого игнорируют абсолютно все прочие. В отличие от любых инцх форм собственности, тихой сапой введена новая - клерикальная собственность, защита интересов которой поставлена выше защиты интересов любых других собственников.
Искусствовед из Государственной Третьяковской галереи Левон Нерсесян выразил недоумение странностью и неуместностью такой мотивации РПЦ МП ее заинтересованности в переделе ценной собственности, как религиозная. Как известно, для обеспечения состояния "молитвенности" в православной традиции принято придерживаться совершенно других критериев. Православные подвижники стремились не к обладанию сокровищами, а к молитвенному уединению, для которого им были совершенно не нужны роскошные излишества. Теперь же, судя по амбициям клерикалов, им для "молитвенного уединения" потребовались и Новодевичий монастырь, и Тевтонские замки и даже Дом культуры, который выстроен на участке, где раньше находился домик лютеранского пастора.
В выступлении координатора Общественного комитета "В защиту музея-заповедника Рязанский Кремль" Ирины Кусовой, представляющей своего рода ветеранов из подвергшихся церковной экспансии объектов культуры прозвучала убежденность, что нынешнее расширение фронта сопротивления переделу культурного наследия – явление естественное. Первая межрегиональная акция солидарности прошла недостаточно масштабно, и это вполне объяснимо отечественной традицией медленного раскачивания. Однако то, что идея о ее проведении возникла спонтанно сразу в нескольких регионах, то, что уже после проведения акции в адрес организаторов продолжают поступать все новые и новые сообщения о желающих участвовать в сопротивлении клерикализиции в будущем, говорит о том, что она была только началом. Ирина Кусова отметила, что особую заинтересованность в проблеме в последнее время проявляет молодежь. Ранее этого в такой степени не наблюдалось, но молодые – от 18-20 до 30 лет граждане сами изучают ситуацию и проявляют недюжинную компетентность в понимании степени той угрозы культуре, которую представляют собой беспечные эксперименты законодателя и аппетиты клерикалов.
Одних только общественных акций по мнению Кусовой, конечно, недостаточно, и в направлении защиты культуры требуется комплексная работа на всех уровнях. Она напомнила, что уже через день после акции музеем Рязанский кремль было получено предписание из Министерства культуры немедленно оформить соглашение о передаче РПЦ МП очередного, на этот раз Архангельского собора, входящего в комплекс музея. Руководство музея, разумеется, прогнулось и подготовило такое соглашение, причем, с нарушением уже принятого закона, без условия компенсации музею утраченной площади. То есть, происходит именно то, о чем эксперты предупреждали еще в процессе обсуждения проекта – церковь вытесняет музеи на улицу, захватывая памятники для использования из в утилитарных, культовых целях, либо коммерческих целях.
Заметим, что с 1 января 2011 года вступает в силу закон, в соответствии с которым находящиеся во владении религиозных организаций памятники культуры окажутся окончательно недоступными какому-либо контролю со стороны музеев. Далее церковь распоряжаться ими по закону самостоятельно
Замечание Алексея Клименко о том, на что указывает успех в продавливании антиконституционного закона, было вполне логично и напрашивалось само собой. Эксперт считает, что принятие норматива прошло на ура, несмотря на возражения экспертов, проявление беспокойства и возмущения со стороны общественности и специалистов из других сфер. При условии того, что фактически произвольная передача культурных объектов в пользу церкви происходит под разными предлогами уже давно, все это говорит о том, что страна подвергается планомерному разграблению. Но только теперь, когда оно стало еще и узаконенным, у общества появляется еще одна возможность осознать масштабы новой катастрофы, с которой столкнулась страна по милости политических лидеров и крупнейшей религиозной организации России – Московской патриархии.
Доктор философских наук, религиовед Екатерина Элбакян отметила в происходящем отчуждении культурного наследия от народа и государства наличие такого доминирующего признака, как "воинствующий дилетантизм". Для принятия столь важных, казалось бы, решений, власти оказался совершенно не нужен профессионализм отечественных ученых – искусствоведов, историков, реставраторов и других.
Решения, касающиеся основы основ любого государства – общенациональной культуры, принимаются на основании суждения некомпетентных в вопросе клерикалов и чиновников. В результате дилетантизма, проявляемого и на уровнях принятия решений в масштабах страны, России наносится громадный урон. Страна с разрушенной культурой перестанет быть собственно страной, а в данном случае – принудительной клерикализации, - процесс захвата культурного наследия породит и этноконфессиональные конфликты, которые в отличие от политических не решаются даже посредством проявления политической воли.
Претендуя на памятники, сохраненные государством и обществом, клерикалы совершенно не интересуются громадным количеством погибающих храмов по всей стране. Захват исключительно музейных объектов и ценной недвижимости, часто не имеющей отношения к церкви, говорит об исключительно материальных интересах узкого клана собственников.
Наблюдаемая тенденция тотального сращивания одной из более чем 60-ти российских конфессий с государственной властью является прямой клерикализацией страны, ведущей общество в условия дикой средневековой теократии. Понятно, что это может быть мечтой и самой конфессии, и неких сил, стремящихся к безраздельному властвованию над народом, но нельзя не заметить, что такая тенденция прямо противоположна общемировой тенденции развития цивилизации.
Замечание Левона Нерсесяна о том, что и принятый антиконституционный закон не будет работать, так как на исполнение его условий у государства заведомо нет ни средств, ни возможностей, лишний раз подтверждает, что вся история с ним является открытым очковтирательством. Доверявшему власти и авторитету церкви обществу предложена всего лишь плохо сконструированная ширма, призванная прикрывать собой целенаправленное разрушение общенациональной культуры. Стремление превратить народ в косное население, которому вместо его многовековой истории подсовываются наспех создаваемые идеологами мифы, объясняется просто: вполне определенным силам в России нужны не граждане, а подданные. Более того, судя по клерикальным амбициям церковной ветви власти, желательно и крепостные.
В заключение мероприятия было сообщено о формировании в настоящее время Общероссийского движения в защиту отечественной культуры, и осуществлении общественными силами ряда иных правовых мер, направленных на противостояние антиконституционному беспределу.
- Вложения
-
- npc27-1.jpg (37.69 КБ) 11354 просмотра
Re: Борьба за культуру
В Киеве сложилась позорная традиция – под Новый год втихаря сносить памятники архитектуры. В этот раз – особняк 1909 года на Почтовой площади. На очереди – еще десяток старинных домов
источник
Дом на Сагайдачного, 1б, обнесли забором еще летом. Это зеленое трехэтажное здание любили многие киевляне – оно органично и уютно вписывалось в склон. В ночь с 29 на 30 декабря его не стало... История уничтожения памятника архитектуры отлично демонстрирует, как застройщик добивается своего и как под него «прогибаются» нужные инстанции.
Кому помешал особнячок и ради чего, понятно. Впервые Градсовет рассмотрел проект административного здания на улице Сагайдачного,1б, еще в марте 2007 года. Пятиэтажное офисное здание с подземным паркингом «вписать» в склон предложил архитектор Юрий Бородкин. Особняк он предлагал оставить, заслонив его массивным офисным зданием. Заказчик – ООО «Ситко-Подол-Киев».
Члены Градсовета завернули проект по таким причинам: совсем «не подольская архитектура» (под стать двум соседним гостиницам под фуникулером), проектируемое здание закрывает старое, находится очень близко к туннелю метрополитена. От проектировщиков потребовали снизить этажность и не заслонять памятник архитектуры.
Спустя три года проект таинственным образом вырос до одиннадцати этажей с подземным паркингом на 38 машиномест. Градостроительное обоснование для проекта написал Виктор Вечерский, замдиректора Научно-исследовательского института охраны памятников. Вопрос о том, чтобы было видно трехэтажный домик на Почтовой площади, который находился в государственном реестре памятников с 1994 года, а также входил в историко-культурный заповедник «Древний Киев», уже не поднимался. 13 июля прошлого года Украинское общество охраны памятников одобрило его исключение из реестра памятников. Основание довольно расплывчатое – дескать, после капитальной реконструкции мало что аутентичное в нем сохранилось. Но стены ведь, архитектура осталась! И тем не менее 13 декабря 2009 года Минкультуры вычеркнуло его из списка, развязав руки как тем, кто проектирует, так и тем, кто сносит.
![Изображение](http://mycityua.com/userfiles/domall.jpg)
– Когда построят это здание, то с левого берега и Подола памятник Владимиру будет выглядеть стоящим на крыше новостройки, – возмущается Михаил Дегтярев, историк, киевовед. – Строительство нового здания запрещено на территории заповедника «Древний Киев» и противоречит приказу Минкультуры от 3 февраля 2010 года (о внесении в госреестр памятников истории и культуры комплекса киевских гор).
Справочная «Газеты...»
Это был единственный образец исторической застройки
Участок, на котором стоял разрушенный ныне дом, в свое время принадлежал известному киевскому архитектору Николаю Казанскому. На рубеже XIX–ХХ веков он руководил строительным делом в Киеве, участвовал в возведении Городского (Оперного) театра. В 1905 году усадьба Казанского сильно пострадала от сползания земли со склона Владимирской горки, был завален дом во дворе. Но в 1909-м вместо него был возведен новый доходный флигель. Наученный горьким опытом зодчий защитил его крепкой подпорной стеной. Флигель имел три этажа, над ними была еще устроена башенка с двумя жилыми комнатами – своеобразный «пентхауз». Выразительное сооружение обогатило архитектурный ландшафт Почтовой площади. А после строительства линии метро на Подол и реконструкции фуникулера оно оставалось единственным образцом исторической застройки в начале улицы Петра Сагайдачного. В доме сделали ремонт, его долго оберегали от сноса. Но теперь на его месте окончательно утвердятся псевдоисторические, не соответствующие ландшафту коммерческие здания.
![Изображение](http://mycityua.com/userfiles/domall4.jpg)
Дом на Сагайдачного,1б, разрушили в ночь с 29 на 30 декабря
Кто следующий?
«Газета...» составила список памятников архитектуры, которых мы можем лишиться в ближайшее время. Судьбу некоторых еще скрывают, по другим уже есть проекты застройки, решения Киевсовета о передаче земли. О них мы еще услышим, и, скорее всего, не в самом благоприятном контексте.
Софиевская, 20, 21 (напротив колокольни Софиевского собора);
Сковороды,1, дом киевского войта Г. Киселевского;
Большая Васильковская, 50 (здание в стиле модерн);
Усадьба Мурашко (четыре дома на улице Малой Житомирской 1909 года постройки);
Усадьба Меленского (ул. Хорива,13/11);
Дом Сикорского (Ярославов Вал,15б);
Мельница Бродского на Почтовой площади. До наших дней из трех зданий 1857–1920 годов осталось только одно, два других снесли под строительство гостиницы в начале Набережно-Крещатицкой улицы;
Мазепы, 11
Два дома на Боричевом Току
Пять зданий «пивоварного завода Марра» (1860–82 годов постройки) на улице Фрунзе, 35.
«Замок барона» возле Золотых Ворот (Ярославов Вал, 1).
источник
Дом на Сагайдачного, 1б, обнесли забором еще летом. Это зеленое трехэтажное здание любили многие киевляне – оно органично и уютно вписывалось в склон. В ночь с 29 на 30 декабря его не стало... История уничтожения памятника архитектуры отлично демонстрирует, как застройщик добивается своего и как под него «прогибаются» нужные инстанции.
Кому помешал особнячок и ради чего, понятно. Впервые Градсовет рассмотрел проект административного здания на улице Сагайдачного,1б, еще в марте 2007 года. Пятиэтажное офисное здание с подземным паркингом «вписать» в склон предложил архитектор Юрий Бородкин. Особняк он предлагал оставить, заслонив его массивным офисным зданием. Заказчик – ООО «Ситко-Подол-Киев».
Члены Градсовета завернули проект по таким причинам: совсем «не подольская архитектура» (под стать двум соседним гостиницам под фуникулером), проектируемое здание закрывает старое, находится очень близко к туннелю метрополитена. От проектировщиков потребовали снизить этажность и не заслонять памятник архитектуры.
Спустя три года проект таинственным образом вырос до одиннадцати этажей с подземным паркингом на 38 машиномест. Градостроительное обоснование для проекта написал Виктор Вечерский, замдиректора Научно-исследовательского института охраны памятников. Вопрос о том, чтобы было видно трехэтажный домик на Почтовой площади, который находился в государственном реестре памятников с 1994 года, а также входил в историко-культурный заповедник «Древний Киев», уже не поднимался. 13 июля прошлого года Украинское общество охраны памятников одобрило его исключение из реестра памятников. Основание довольно расплывчатое – дескать, после капитальной реконструкции мало что аутентичное в нем сохранилось. Но стены ведь, архитектура осталась! И тем не менее 13 декабря 2009 года Минкультуры вычеркнуло его из списка, развязав руки как тем, кто проектирует, так и тем, кто сносит.
![Изображение](http://mycityua.com/userfiles/domall.jpg)
– Когда построят это здание, то с левого берега и Подола памятник Владимиру будет выглядеть стоящим на крыше новостройки, – возмущается Михаил Дегтярев, историк, киевовед. – Строительство нового здания запрещено на территории заповедника «Древний Киев» и противоречит приказу Минкультуры от 3 февраля 2010 года (о внесении в госреестр памятников истории и культуры комплекса киевских гор).
Справочная «Газеты...»
Это был единственный образец исторической застройки
Участок, на котором стоял разрушенный ныне дом, в свое время принадлежал известному киевскому архитектору Николаю Казанскому. На рубеже XIX–ХХ веков он руководил строительным делом в Киеве, участвовал в возведении Городского (Оперного) театра. В 1905 году усадьба Казанского сильно пострадала от сползания земли со склона Владимирской горки, был завален дом во дворе. Но в 1909-м вместо него был возведен новый доходный флигель. Наученный горьким опытом зодчий защитил его крепкой подпорной стеной. Флигель имел три этажа, над ними была еще устроена башенка с двумя жилыми комнатами – своеобразный «пентхауз». Выразительное сооружение обогатило архитектурный ландшафт Почтовой площади. А после строительства линии метро на Подол и реконструкции фуникулера оно оставалось единственным образцом исторической застройки в начале улицы Петра Сагайдачного. В доме сделали ремонт, его долго оберегали от сноса. Но теперь на его месте окончательно утвердятся псевдоисторические, не соответствующие ландшафту коммерческие здания.
![Изображение](http://mycityua.com/userfiles/domall4.jpg)
Дом на Сагайдачного,1б, разрушили в ночь с 29 на 30 декабря
Кто следующий?
«Газета...» составила список памятников архитектуры, которых мы можем лишиться в ближайшее время. Судьбу некоторых еще скрывают, по другим уже есть проекты застройки, решения Киевсовета о передаче земли. О них мы еще услышим, и, скорее всего, не в самом благоприятном контексте.
Софиевская, 20, 21 (напротив колокольни Софиевского собора);
Сковороды,1, дом киевского войта Г. Киселевского;
Большая Васильковская, 50 (здание в стиле модерн);
Усадьба Мурашко (четыре дома на улице Малой Житомирской 1909 года постройки);
Усадьба Меленского (ул. Хорива,13/11);
Дом Сикорского (Ярославов Вал,15б);
Мельница Бродского на Почтовой площади. До наших дней из трех зданий 1857–1920 годов осталось только одно, два других снесли под строительство гостиницы в начале Набережно-Крещатицкой улицы;
Мазепы, 11
Два дома на Боричевом Току
Пять зданий «пивоварного завода Марра» (1860–82 годов постройки) на улице Фрунзе, 35.
«Замок барона» возле Золотых Ворот (Ярославов Вал, 1).
Re: Борьба за культуру
Галерея на перекрестке
Путешественников в «шахтерскую столицу», цель которых познакомиться с культурным потенциалом Донецка, ожидает злой сюрприз: в миллионном городе, по большому счету, есть только два музея — краеведческий и художественный. Последний, в дополнение, уже полвека «квартирует» в приспособленном под музей помещении, которое много раз заливалось квартирантами с верхних этажей — хорошо, если только горячей водой из прорванных труб отопления... Но непосредственно в музейных залах вас ожидает приятная неожиданность: несмотря на невыигрышное («вагончиком») расположение экспозиционных площадей, буквально убийственное освещение через боковые витрины и весьма скромное присутствие произведений общеизвестных, хрестоматийных художников, коллекция создает целостное впечатление. То есть «коллективное сознательное» выставление здесь живописи, графики, скульптуры, витражей и произведений смешанных модерных художественных техник оставляет после ознакомления ощущение чего-то достаточно стильного и завершенного. Об этом провинциальном феномене и о многом другом — в беседе с многолетним руководителем Донецкого художественного музея Галиной Владимировной ЧУМАК.
![Изображение](http://www.day.kiev.ua/img/300807/9-16-1.jpg)
ГАЛИНА ЧУМАК
— Пани Галина, первый интересный факт в истории заведения культуры, которое вы возглавляете, — двойная дата его рождения.
— Музейная биография неотъемлема от всего, что происходило, да и ныне происходит на Донбассе. Во второй половине 30-х годов прошлого столетия здесь активно раскручивался маховик индустриализации, распространялось стахановское движение. Уловив тенденцию, известный художник Иосиф Бродский предложил создать в областном центре Сталино картинную галерею, где бы экспонировались, в частности, портреты передовиков производства.
Вскоре несколько тюков с картинами действительно поступило в город, но... из багажного отделения железной дороги их никто не спешил забрать. Руководство станции вынуждено было обращаться к власти с угрозой продать на аукционе или просто выбросить «мусор». Только после этого начали подыскивать помещение для размещения этих, как для пролетарского города, диковинок.
Картинная галерея в Сталино официально открылась осенью 1939 года. У нас сохраняется билет в городской кинотеатр «Октябрь», который давал зрителю право на обзор художественной экспозиции. Между прочим, имена там были известные в стране, если не сказать знаменитые: Кузьма Петров-Водкин, Мартирос Сарьян, Александр Дейнека, Анна Остроумова-Лебедева, Николай Кузнецов, Константин Богаевский, Александр Герасимов...
Но вскоре, как известно, началась Вторая мировая война. В суматохе эвакуации о картинах просто забыли. Немцы, которые вошли в город, из четырех сотен полотен тщательным образом отобрали 256 более ценных, которые вывезли в рейх. На сегодняшний день та первая коллекция музея де-факто считается потерянной. Лишь девять живописных работ в 1990-е годы неожиданно «всплыли» в киевских запасниках, не в самом лучшем состоянии, нуждаясь в капитальной реставрации.
— И дальше «шахтерская столица» более двух десятилетий жила без собственной картинной галереи.
— Ну, существовал небольшой художественный отдел в областном краеведческом музее. Когда в 1965 году на повестке дня появилась идея возрождения Донецкого художественного музея, то первой проблемой было — помещение. В городе как раз построили жилой дом, первый этаж которого планировался под большой продуктовый магазин типа «Елисеевского» — тогда была мода на все московское. Ну, пожертвовали гастрономом.
Произведения для новой коллекции собирали в Эрмитаже, Музее изобразительного искусства им. Пушкина, Третьяковке, а также в галереях Минска, Симферополя, Севастополя. Конечно, владельцы отдавали то, что залежалось в фондах, не имея шансов попасть в основную экспозицию.
— То есть Донецкий художественный музей с момента своего второго рождения должен был нести своеобразное клеймо второсортности?
— Давайте различать принадлежность, так сказать, ко второму эшелону и банальную второсортность. Нельзя же, например, «отменять» в русской поэзии Владимира Бенедиктова или Евгения Баратынского только потому, что существовал «солнце Пушкин». Так же в изобразительном искусстве. Тем более, что разделение на «гениальных и просто способных» в искусстве всегда условно, временно. Те же Якопо Амигани, Джорж Доу, Август Ридель, представленные в настоящее время в нашей музейной коллекции, бесспорно, не настолько известны, как «раскрученный» предшественник Рембрандт, однако сегодня у них в мире есть свой стабильный круг почитателей. И ценность их произведений постепенно растет. А разве кто-то осмелится поместить в «тыловые шеренги» Ивана Айвазовского, Константина Маковского, Константина Коровина или, например, основателя футуризма Давида Бурлюка?
Другой источник увеличения художественного веса музейного собрания — научная деятельность по идентификации неисследованных произведений. В свое время мы получили немало картин, которые в сопроводительных документах описывались приблизительно так: «Портрет неизвестного работы неизвестного». Приведу одну историю. Несколько лет изнурительного труда понадобилось научному сотруднику Татьяне Пановой, чтобы исследовать полотно, на котором была изображена старинная комната, украшенная большим количеством картин. В конечном итоге оказалось, что идет речь о картинной галерее Василия Кокорева, основателя первого московского публичного музея, да и автор работы — небезызвестный мастер кисти Александр Гребнев. Третьяковка сейчас локти кусает, что когда-то неосмотрительно отдала довольно большую ценность. Но теперь она — наше, неотъемлемое.
К сказанному следует добавить, что в течение многих лет музей разыскивал, покупал (иногда, скажем честно, настойчиво выпрашивал у авторов или наследников художника) интересные работы, которые приобщались к нашей коллекции. Ныне знатоки оценивают ее на уровне лучших собраний Украины.
— Еще одна очевидная социальная задача музея — хранить, фиксировать для истории творчество донецкого художественного общества. Здесь уместно было бы вспомнить трагическую историю Геннадия Олемпиюка. Из-за несчастного случая талантливый донецкий художник, которому пророчили блестяще будущее, неожиданно ушел из жизни, его произведения оказались рассеяны, в результате имя ныне быстро уходит в небытие.
![Изображение](http://www.day.kiev.ua/img/300807/9-16-2.jpg)
АЛЕКСАНДР ГРЕБНЕВ.
ИНТЕРЬЕР КАРТИННОЙ ГАЛЕРЕИ ВАСИЛИЯ КОКОРЕВА
![Изображение](http://www.day.kiev.ua/img/300807/9-16-3.jpg)
ПОЛИНА ШАКАЛО (ДОНЕЦК). ПОЗДНЯЯ ОСЕНЬ
![Изображение](http://www.day.kiev.ua/img/300807/9-16-4.jpg)
ИВАН АЙВАЗОВСКИЙ. ЛАЗУРНЫЙ ГРОТ
— Могу не задумываясь прибавить еще одно равнозначное, также достаточно трагическое, недооцененное, по моему убеждению, имя: Николай Дубина. Кстати, обоих можно найти в нашей экспозиции.
Отвечая же на ваш вопрос: музей здесь делает все, что может. Несколько раз в год предлагаем площади для выставок донецких художников, коллективных, или индивидуальных (юбилейных). По окончании обязательно закупаем хотя бы одну работу. Многие из представителей Донецка охотно сами дарят музею свои картины, например, народный художник Украины Юрий Зорко. Сейчас у нас большая выставка живописи еще одного признанного донецкого мэтра, Григория Тышкевича.
— Говорят, музей становится похожим на скупого рыцаря, когда замыкается в рамках собственной коллекции. ДХМ также пережил тяжелый в материальном плане период, когда приходилось, прямо скажем, имитировать выставочную деятельность, бесконечно тасуя имеющиеся фонды. Но ныне словно прорвало: вы показали первоклассную живопись Ивана Марчука, вместе с «диковинами на колесиках» модного скульптора Олега Пинчука.
— Знаете, привезти в Донецк Марчука нам предложила какая-то очень неожиданная организация, типа международной ассоциации греков-предпринимателей. Иван Степанович, которому мы «на всякий случай» перезвонили, сказал, что он сам немного удивлен предложением, но если люди с открытым сердцем предлагают...
Выставку скульптуры Пинчука спонсировали известные донецкие предприниматели, братья Андрей и Сергей Клюевы. В дополнение закупили одну из работ — она сейчас в наших залах. А вообще при нашем бюджете часто приходится полагаться на фортуну. Скажем, я сама не верила, что удастся «завернуть» в Донецк, по пути из Эрмитажа в Латинскую Америку, выставку японского прикладного искусства, — а таки получилось
— Зато недавно привезенная из национального Музея исторических драгоценностей знаменитая скифская золотая пектораль, на которую «клюнули» представители Донецка, в конце концов, оказалась лишь копией...
— Я вам скажу, это принципиальный вопрос. Думаете, золотая маска Тутанхамона, которую — за большие деньги, между прочим, — демонстрируют время от времени по всему миру, это аутентичный артефакт? Да ни одно государство мира не рисковало бы такой бесценной вещью, как пектораль. Если копия сертифицирована, художественно совершенна, она выполняет надлежащую эстетическую задачу.
— Едва не забыл спросить: в недавние мрачные времена немало украинских музеев бесповоротно утратили жемчужины своих коллекций. По тем или иным причинам. Какова ситуация в ДХМ?
— Абсолютно вся коллекция на своих местах, это можно, в частности, проверить по каталогам, изданным еще в советские времена. Вспоминается лишь единичный случай, кража небольшой работы из частного собрания, которая была привезена на выставку Айвазовского, и это случилось невесть когда.
В этом случае пожалуюсь: недавно получили из столицы суровое указание относительно того, что договоры на охрану музея должны, мол, заключаться на конкурсной основе. С другой стороны, существует положение, что музей должна опекать исключительно Государственная служба охраны. Зачем расставлять руководителям заведений культуры такие бумажные ловушки? Мы и без того все меньше научные работники, все больше бюрократы.
— Как-то посчастливилось посмотреть на ваши запасники. Там множество работ эпохи социалистического реализма, когда художников бригадами вывозили на комсомольские ударные новостройки, а потом обязывали музей покупать картины. До недавнего времени это считалось малоинтересным балластом, но времена меняются: идеологически выдержанный «соцреал» ныне на пике моды.
— Частично мы имели возможность демонстрировать работы такого плана на выставках, посвященных очередному юбилею рекорда Стаханова, который все еще широко отмечается на Донбассе. Есть желание создать отдельную большую экспозицию, но при нынешних условиях, пока находимся в старом помещении, реализовать идею возможно лишь за счет ущемления классической, устоявшейся экспозиции. На это я как директор никогда не пойду. Поэтому придется ждать лучших времен.
— Вот мы, кажется, дошли до самого главного в сегодняшнем разговоре: перспектив переселения в новое здание.
— Не так давно городская власть Донецка обнародовала планы строительства нового комплекса художественного музея, рядом со стадионом «Донбасс Арена». Ныне даже выделен соответствующий земельный участок под стройплощадку. Специалисты, правда, говорят, что грунты там ненадежные, возможна усадка и, соответственно, трещины в стенах, но если все сделать по совести, то осложнений не будет. Еще вопрос — рядом река Кальмиус. У меня, например, есть снимки двух картинных галерей в Китае и Бразилии, которые располагаются вообще посреди искусственных озер, и ничего. Но вспомним питерский Эрмитаж (хотя в свое время он строился как царский дворец, а не пинакотека).
У городского головы Александра Лукьянченко я спрашивала: что будет с транспортом? Ныне музей располагается хоть в малопригодном помещении, но в самом центре, на пересечении двух уютных бульваров. Скажем, школьники, которые едут два часа из маленького шахтерского поселка, чтобы приобщиться к прекрасному, после экскурсии имеют возможность отдохнуть в тени под деревьями, перед тем, как опять сесть в автобус. А как будет на новом месте? Мэр гарантировал, что не менее уютно. Говорит, со временем рядом со стадионом образуется новый городской центр.
Между тем в интернете выставили первые проекты нового здания музея, якобы для общественного обсуждения. Я не совсем понимаю, как можно путем интерактивного голосования решать сугубо специфические вопросы по соблюдению санитарных норм сохранения раритетов, освещения, вентиляции, разделения потоков экскурсантов, безопасности. Из всех проектировщиков только один, самый молодой архитектор, пришел ко мне попросить соответствующие нормативные документы (и я его запомнила). Ну, ничего, окончательно будет решать вопрос комиссия, в которой и я имею не последнее слово, еще пообщаемся...
Вот в чем донецкая общественность действительно могла бы сказать весомое слово, так это в отстаивании идеи синтетического, комплексного центра искусств на базе нового музея. Я бы хотела иметь постоянно действующий кинозал, где бы демонстрировались образовательные фильмы по искусству, а также помещение для камерных концертов, возможно, открытые для посещения студии художников, реставрационные мастерские. Наконец, само слово «музей» когда-то означало «место, которое выбрали музы».
Путешественников в «шахтерскую столицу», цель которых познакомиться с культурным потенциалом Донецка, ожидает злой сюрприз: в миллионном городе, по большому счету, есть только два музея — краеведческий и художественный. Последний, в дополнение, уже полвека «квартирует» в приспособленном под музей помещении, которое много раз заливалось квартирантами с верхних этажей — хорошо, если только горячей водой из прорванных труб отопления... Но непосредственно в музейных залах вас ожидает приятная неожиданность: несмотря на невыигрышное («вагончиком») расположение экспозиционных площадей, буквально убийственное освещение через боковые витрины и весьма скромное присутствие произведений общеизвестных, хрестоматийных художников, коллекция создает целостное впечатление. То есть «коллективное сознательное» выставление здесь живописи, графики, скульптуры, витражей и произведений смешанных модерных художественных техник оставляет после ознакомления ощущение чего-то достаточно стильного и завершенного. Об этом провинциальном феномене и о многом другом — в беседе с многолетним руководителем Донецкого художественного музея Галиной Владимировной ЧУМАК.
![Изображение](http://www.day.kiev.ua/img/300807/9-16-1.jpg)
ГАЛИНА ЧУМАК
— Пани Галина, первый интересный факт в истории заведения культуры, которое вы возглавляете, — двойная дата его рождения.
— Музейная биография неотъемлема от всего, что происходило, да и ныне происходит на Донбассе. Во второй половине 30-х годов прошлого столетия здесь активно раскручивался маховик индустриализации, распространялось стахановское движение. Уловив тенденцию, известный художник Иосиф Бродский предложил создать в областном центре Сталино картинную галерею, где бы экспонировались, в частности, портреты передовиков производства.
Вскоре несколько тюков с картинами действительно поступило в город, но... из багажного отделения железной дороги их никто не спешил забрать. Руководство станции вынуждено было обращаться к власти с угрозой продать на аукционе или просто выбросить «мусор». Только после этого начали подыскивать помещение для размещения этих, как для пролетарского города, диковинок.
Картинная галерея в Сталино официально открылась осенью 1939 года. У нас сохраняется билет в городской кинотеатр «Октябрь», который давал зрителю право на обзор художественной экспозиции. Между прочим, имена там были известные в стране, если не сказать знаменитые: Кузьма Петров-Водкин, Мартирос Сарьян, Александр Дейнека, Анна Остроумова-Лебедева, Николай Кузнецов, Константин Богаевский, Александр Герасимов...
Но вскоре, как известно, началась Вторая мировая война. В суматохе эвакуации о картинах просто забыли. Немцы, которые вошли в город, из четырех сотен полотен тщательным образом отобрали 256 более ценных, которые вывезли в рейх. На сегодняшний день та первая коллекция музея де-факто считается потерянной. Лишь девять живописных работ в 1990-е годы неожиданно «всплыли» в киевских запасниках, не в самом лучшем состоянии, нуждаясь в капитальной реставрации.
— И дальше «шахтерская столица» более двух десятилетий жила без собственной картинной галереи.
— Ну, существовал небольшой художественный отдел в областном краеведческом музее. Когда в 1965 году на повестке дня появилась идея возрождения Донецкого художественного музея, то первой проблемой было — помещение. В городе как раз построили жилой дом, первый этаж которого планировался под большой продуктовый магазин типа «Елисеевского» — тогда была мода на все московское. Ну, пожертвовали гастрономом.
Произведения для новой коллекции собирали в Эрмитаже, Музее изобразительного искусства им. Пушкина, Третьяковке, а также в галереях Минска, Симферополя, Севастополя. Конечно, владельцы отдавали то, что залежалось в фондах, не имея шансов попасть в основную экспозицию.
— То есть Донецкий художественный музей с момента своего второго рождения должен был нести своеобразное клеймо второсортности?
— Давайте различать принадлежность, так сказать, ко второму эшелону и банальную второсортность. Нельзя же, например, «отменять» в русской поэзии Владимира Бенедиктова или Евгения Баратынского только потому, что существовал «солнце Пушкин». Так же в изобразительном искусстве. Тем более, что разделение на «гениальных и просто способных» в искусстве всегда условно, временно. Те же Якопо Амигани, Джорж Доу, Август Ридель, представленные в настоящее время в нашей музейной коллекции, бесспорно, не настолько известны, как «раскрученный» предшественник Рембрандт, однако сегодня у них в мире есть свой стабильный круг почитателей. И ценность их произведений постепенно растет. А разве кто-то осмелится поместить в «тыловые шеренги» Ивана Айвазовского, Константина Маковского, Константина Коровина или, например, основателя футуризма Давида Бурлюка?
Другой источник увеличения художественного веса музейного собрания — научная деятельность по идентификации неисследованных произведений. В свое время мы получили немало картин, которые в сопроводительных документах описывались приблизительно так: «Портрет неизвестного работы неизвестного». Приведу одну историю. Несколько лет изнурительного труда понадобилось научному сотруднику Татьяне Пановой, чтобы исследовать полотно, на котором была изображена старинная комната, украшенная большим количеством картин. В конечном итоге оказалось, что идет речь о картинной галерее Василия Кокорева, основателя первого московского публичного музея, да и автор работы — небезызвестный мастер кисти Александр Гребнев. Третьяковка сейчас локти кусает, что когда-то неосмотрительно отдала довольно большую ценность. Но теперь она — наше, неотъемлемое.
К сказанному следует добавить, что в течение многих лет музей разыскивал, покупал (иногда, скажем честно, настойчиво выпрашивал у авторов или наследников художника) интересные работы, которые приобщались к нашей коллекции. Ныне знатоки оценивают ее на уровне лучших собраний Украины.
— Еще одна очевидная социальная задача музея — хранить, фиксировать для истории творчество донецкого художественного общества. Здесь уместно было бы вспомнить трагическую историю Геннадия Олемпиюка. Из-за несчастного случая талантливый донецкий художник, которому пророчили блестяще будущее, неожиданно ушел из жизни, его произведения оказались рассеяны, в результате имя ныне быстро уходит в небытие.
![Изображение](http://www.day.kiev.ua/img/300807/9-16-2.jpg)
АЛЕКСАНДР ГРЕБНЕВ.
ИНТЕРЬЕР КАРТИННОЙ ГАЛЕРЕИ ВАСИЛИЯ КОКОРЕВА
![Изображение](http://www.day.kiev.ua/img/300807/9-16-3.jpg)
ПОЛИНА ШАКАЛО (ДОНЕЦК). ПОЗДНЯЯ ОСЕНЬ
![Изображение](http://www.day.kiev.ua/img/300807/9-16-4.jpg)
ИВАН АЙВАЗОВСКИЙ. ЛАЗУРНЫЙ ГРОТ
— Могу не задумываясь прибавить еще одно равнозначное, также достаточно трагическое, недооцененное, по моему убеждению, имя: Николай Дубина. Кстати, обоих можно найти в нашей экспозиции.
Отвечая же на ваш вопрос: музей здесь делает все, что может. Несколько раз в год предлагаем площади для выставок донецких художников, коллективных, или индивидуальных (юбилейных). По окончании обязательно закупаем хотя бы одну работу. Многие из представителей Донецка охотно сами дарят музею свои картины, например, народный художник Украины Юрий Зорко. Сейчас у нас большая выставка живописи еще одного признанного донецкого мэтра, Григория Тышкевича.
— Говорят, музей становится похожим на скупого рыцаря, когда замыкается в рамках собственной коллекции. ДХМ также пережил тяжелый в материальном плане период, когда приходилось, прямо скажем, имитировать выставочную деятельность, бесконечно тасуя имеющиеся фонды. Но ныне словно прорвало: вы показали первоклассную живопись Ивана Марчука, вместе с «диковинами на колесиках» модного скульптора Олега Пинчука.
— Знаете, привезти в Донецк Марчука нам предложила какая-то очень неожиданная организация, типа международной ассоциации греков-предпринимателей. Иван Степанович, которому мы «на всякий случай» перезвонили, сказал, что он сам немного удивлен предложением, но если люди с открытым сердцем предлагают...
Выставку скульптуры Пинчука спонсировали известные донецкие предприниматели, братья Андрей и Сергей Клюевы. В дополнение закупили одну из работ — она сейчас в наших залах. А вообще при нашем бюджете часто приходится полагаться на фортуну. Скажем, я сама не верила, что удастся «завернуть» в Донецк, по пути из Эрмитажа в Латинскую Америку, выставку японского прикладного искусства, — а таки получилось
— Зато недавно привезенная из национального Музея исторических драгоценностей знаменитая скифская золотая пектораль, на которую «клюнули» представители Донецка, в конце концов, оказалась лишь копией...
— Я вам скажу, это принципиальный вопрос. Думаете, золотая маска Тутанхамона, которую — за большие деньги, между прочим, — демонстрируют время от времени по всему миру, это аутентичный артефакт? Да ни одно государство мира не рисковало бы такой бесценной вещью, как пектораль. Если копия сертифицирована, художественно совершенна, она выполняет надлежащую эстетическую задачу.
— Едва не забыл спросить: в недавние мрачные времена немало украинских музеев бесповоротно утратили жемчужины своих коллекций. По тем или иным причинам. Какова ситуация в ДХМ?
— Абсолютно вся коллекция на своих местах, это можно, в частности, проверить по каталогам, изданным еще в советские времена. Вспоминается лишь единичный случай, кража небольшой работы из частного собрания, которая была привезена на выставку Айвазовского, и это случилось невесть когда.
В этом случае пожалуюсь: недавно получили из столицы суровое указание относительно того, что договоры на охрану музея должны, мол, заключаться на конкурсной основе. С другой стороны, существует положение, что музей должна опекать исключительно Государственная служба охраны. Зачем расставлять руководителям заведений культуры такие бумажные ловушки? Мы и без того все меньше научные работники, все больше бюрократы.
— Как-то посчастливилось посмотреть на ваши запасники. Там множество работ эпохи социалистического реализма, когда художников бригадами вывозили на комсомольские ударные новостройки, а потом обязывали музей покупать картины. До недавнего времени это считалось малоинтересным балластом, но времена меняются: идеологически выдержанный «соцреал» ныне на пике моды.
— Частично мы имели возможность демонстрировать работы такого плана на выставках, посвященных очередному юбилею рекорда Стаханова, который все еще широко отмечается на Донбассе. Есть желание создать отдельную большую экспозицию, но при нынешних условиях, пока находимся в старом помещении, реализовать идею возможно лишь за счет ущемления классической, устоявшейся экспозиции. На это я как директор никогда не пойду. Поэтому придется ждать лучших времен.
— Вот мы, кажется, дошли до самого главного в сегодняшнем разговоре: перспектив переселения в новое здание.
— Не так давно городская власть Донецка обнародовала планы строительства нового комплекса художественного музея, рядом со стадионом «Донбасс Арена». Ныне даже выделен соответствующий земельный участок под стройплощадку. Специалисты, правда, говорят, что грунты там ненадежные, возможна усадка и, соответственно, трещины в стенах, но если все сделать по совести, то осложнений не будет. Еще вопрос — рядом река Кальмиус. У меня, например, есть снимки двух картинных галерей в Китае и Бразилии, которые располагаются вообще посреди искусственных озер, и ничего. Но вспомним питерский Эрмитаж (хотя в свое время он строился как царский дворец, а не пинакотека).
У городского головы Александра Лукьянченко я спрашивала: что будет с транспортом? Ныне музей располагается хоть в малопригодном помещении, но в самом центре, на пересечении двух уютных бульваров. Скажем, школьники, которые едут два часа из маленького шахтерского поселка, чтобы приобщиться к прекрасному, после экскурсии имеют возможность отдохнуть в тени под деревьями, перед тем, как опять сесть в автобус. А как будет на новом месте? Мэр гарантировал, что не менее уютно. Говорит, со временем рядом со стадионом образуется новый городской центр.
Между тем в интернете выставили первые проекты нового здания музея, якобы для общественного обсуждения. Я не совсем понимаю, как можно путем интерактивного голосования решать сугубо специфические вопросы по соблюдению санитарных норм сохранения раритетов, освещения, вентиляции, разделения потоков экскурсантов, безопасности. Из всех проектировщиков только один, самый молодой архитектор, пришел ко мне попросить соответствующие нормативные документы (и я его запомнила). Ну, ничего, окончательно будет решать вопрос комиссия, в которой и я имею не последнее слово, еще пообщаемся...
Вот в чем донецкая общественность действительно могла бы сказать весомое слово, так это в отстаивании идеи синтетического, комплексного центра искусств на базе нового музея. Я бы хотела иметь постоянно действующий кинозал, где бы демонстрировались образовательные фильмы по искусству, а также помещение для камерных концертов, возможно, открытые для посещения студии художников, реставрационные мастерские. Наконец, само слово «музей» когда-то означало «место, которое выбрали музы».
Re: Борьба за культуру
В Петербурге отреставрировали деревянный театр на Каменном острове
![Изображение](http://img.lenta.ru/news/2010/12/30/theatre/picture.jpg)
Каменноостровский театр в августе 2010 года
В Санкт-Петербурге завершена реставрация здания деревянного театра на Каменном острове, сообщает ИТАР-ТАСС 30 декабря. Каменноостровский театр - один из трех сохранившихся в России деревянных театров - является памятником архитектуры и относится к позднему классицизму.
Театр был построен в 1827 году по проекту Смарагда Шустова. В середине XIX века его реконструировал Альберт Кавос, а затем еще дважды здание реставрировали - первый раз в 1932 году и второй - в 1967-м. Последняя реставрация проводилась под руководством Ирины Бенуа.
Нынешний этап реставрации стартовал в 2007 году. В ходе работы были восстановлены исторические интерьеры зрительного зала и фойе и отделка фасада. Кроме того, в театре появились подземные помещения: склад для декораций, вестибюль и кафе. Также было усовершенствовано оборудование сцены и зала.
По данным "БалтИнфо", реставрационные работы обошлись в 1,665 миллиарда рублей. После их завершения площадь театра увеличилась на четыре тысячи квадратных метров.
В Каменноостровском театре разместится малая сцена БДТ имени Товстоногова, которому здание было передано в 2005 году.
![Изображение](http://img.lenta.ru/news/2010/12/30/theatre/picture.jpg)
Каменноостровский театр в августе 2010 года
В Санкт-Петербурге завершена реставрация здания деревянного театра на Каменном острове, сообщает ИТАР-ТАСС 30 декабря. Каменноостровский театр - один из трех сохранившихся в России деревянных театров - является памятником архитектуры и относится к позднему классицизму.
Театр был построен в 1827 году по проекту Смарагда Шустова. В середине XIX века его реконструировал Альберт Кавос, а затем еще дважды здание реставрировали - первый раз в 1932 году и второй - в 1967-м. Последняя реставрация проводилась под руководством Ирины Бенуа.
Нынешний этап реставрации стартовал в 2007 году. В ходе работы были восстановлены исторические интерьеры зрительного зала и фойе и отделка фасада. Кроме того, в театре появились подземные помещения: склад для декораций, вестибюль и кафе. Также было усовершенствовано оборудование сцены и зала.
По данным "БалтИнфо", реставрационные работы обошлись в 1,665 миллиарда рублей. После их завершения площадь театра увеличилась на четыре тысячи квадратных метров.
В Каменноостровском театре разместится малая сцена БДТ имени Товстоногова, которому здание было передано в 2005 году.
Re: Борьба за культуру
Гачева А.Г. <muzejfedorova@yandex.ru>
От меня: Гачева - это дочь философа Гачева. Анастасия Георгиевна - доктор филологических наук, старший научный сотрудник Института мировой литературы им. А.М.Горького РАН, сотрудник Музея-библиотеки Н.Ф.Федорова. окончила филологический ф-т МГУ. С 1993 работает в Институте мировой литературы РАН. Занимается проблемой взаимосвязи русской религиозной философии конца XIX — начала XX вв. с русской литературой и публицистикой XIX в.
Дата: Пт 28 янв 2011 23:30:52
Тема: Открытое письмо против новых образовательных стандартов для старшей школы
Дорогие друзья и коллеги!
Пересылаю открытое письмо, направленное против новых образовательных стандартов для старшей школы.
Если Вы согласны с содержанием письма, подписать его можно здесь:
http://starushkalarina.livejournal.com/ ... 8#comments
Если сможете переслать это письмо Вашим коллегам и друзьям, разместить его на различных Интернет-ресурсах, будет замечательно.
С уважением и благодарностью, Анастасия Гачева.
Президенту Российской Федерации Д.А.Медведеву
Председателю Правительства Российской Федерации В.В. Путину
Председателю Государственной Думы Российской Федерации Б.В.Грызлову
Министру образования и науки Российской Федерации А.А.Фурсенко
О Т К Р Ы Т О Е П И С Ь М О
Господин Президент! Господин премьер-министр! Господин спикер! Господин министр! Обратиться с открытым письмом к вам нас побудило приближающееся принятие Федерального государственного образовательного стандарта (ФГОС) для старшей школы. В этом документе очерчиваются общие контуры грандиозного образовательного здания, которое предполагается построить в нашей стране, а также прорисовываются отдельные частные его детали. Бес сидит в мелочах – именно о них мы и хотим сказать.
В стандарте, который должен быть рамочным регулирующим документом, не так много цифр. Именно поэтому каждая цифра притягивает взор.
4 (четыре) – именно столько обязательных предметов предполагается изучать старшекласснику (Россия в мире, ОБЖ, физкультура, индивидуальный проект).
6 (шесть) – именно столько образовательных областей объединило в себе все остальные привычные для школы предметы, разом получившие статус необязательных (по выбору). Среди них: русский язык, литература, математика, алгебра, геометрия, информатика, история, физика, химия, биология, география.
1 (один) – именно столько предметов из каждой образовательной области может выбрать ученик (впрочем, из одной любой области можно выбрать 2 (два)). Это означает, что выбрать и русский язык, и литературу или и алгебру, и геометрию (не говоря уже об и информатике) или и физику, и химию (и биологию) невозможно. Так написано в проекте ФГОС.
Наше крайнее недоумение вызывает факт такой перестройки учебного плана. Ни с какой точки зрения государству, заботящемуся о своем будущем, не выгодно:
-- объявлять предметом по выбору государственный язык, владение которым должно составлять основное базовое умение любого гражданина;
-- объявлять предметом по выбору математику, представляющую собой еще один язык, без которого «не говорит» ни одна другая наука;
-- объявлять предметом по выбору историю, без знания которой нельзя ориентироваться в современном мире, осознавать свои корни и законы общественного развития, выстраивать стратегию жизненного поведения.
И, наконец, для такой страны, как Россия, является не просто невыгодным, но и противоестественным отказ от обязательного изучения старшими подростками русской литературы, которая по сути и представляет собой Россию в мире и является для граждан страны основой безопасности жизнедеятельности.
Напомним: в старших классах читают Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Тургенева, Островского, Гончарова, Лескова, Достоевского, Толстого, Чехова, Блока, Ахматову, Булгакова, Шолохова, Платонова, Солженицына... Без изучения этой литературы (и именно в том возрасте, в котором находятся старшеклассники) невозможно формировать ту личность, о которой так гладко и красиво повествует стандарт. Откройте любую из целей образования в стандарте – и вы увидите, что ее нельзя достичь, если не читать книг, не думать над опытом жизни людей, отраженным в литературе. Без глубокого литературного и шире – эстетического – образования не добиться ни умягчения нравов, толерантности, ни осознанного отношения к своей стране (патриотизма), ни даже роста конкурентоспособности государства в целом.
Мы считаем, что вы, как руководители страны, которые обязаны просчитывать риски от принимаемых решений, должны наложить вето на радикальное перекраивание школьной программы и перевод в статус предметов по выбору ее главных дисциплин. Мы считаем, что необходимо созвать представительное совещание педагогических работников страны всех уровней, родительского сообщества и учеников для обсуждения вопроса о будущем образования. Будущее образования – это будущее каждого из нас, наших детей и внуков и России в целом.
ПОДПИСИ
1. Сергей Владимирович Волков, главный редактор газеты «Литература» («Первое сентября»), учитель Центра образования №57 г.Москвы
2. Алексей Леонидович Савельев, главный редактор газеты «История» («Первое сентября»), член Союза журналистов
3. Галина Михайловна Ребель, редактор научно-методического, культурно-просветительского журнала «Филолог» http://philolog.pspu.ru/, доктор филологических наук, профессор Пермского государственного педагогического университета
4. Оксана Вениаминовна Смирнова, учитель Свято-Петровской православной школы г. Москвы
5. Ирина Захаровна Сурат, доктор филологический наук, член Союза российских писателей и Русского ПЕН-центра
6. Людмила Ивановна Сараскина, доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник Государственного института искусствознания, член Российского союза писателей, член Союза писателей Москвы, лауреат литературных премий "Большая книга", "Ясная Поляна", "Книга года", член Жюри Литературной премии Александра Солженицына.
7. Наталья Васильевна Беляева, главный научный сотрудник Института содержания и методов обучения Российской академии образования, доктор педагогических наук, заслуженный учитель школы Российской Федерации.
8. Сергей Маркович Гандлевский, поэт, прозаик, лауреат национальной премии "ПОЭТ - 2010", премии "Аполлона Григорьева", премии "Московский счет", "Малой Букеровской премии" и ряда других.
9. Евгения Семеновна Абелюк, заслуженный учитель РФ, учитель Лицея № 1525 «Воробьевы горы».
10. Татьяна Вячеславовна Рыжкова, кандидат пед. наук, доцент кафедры детской литературы РГПУ им. А.И.Герцена.
11. Анна Александровна Прохорова, учитель русского языка и литературы, Традиционная гимназия, Москва.
12. Константин Михайлович Поливанов, филолог, доцент ГИУ Высшая школа экономики, преподаватель Московского лицея № 1525.
13. Алена Владимировна Громушкина, главный редактор газеты "Английский язык" ("Первое сентября")
14. Ирина Вячеславовна Ежова, Почетный работник общего образования РФ, учитель русского языка и литературы гимназии №524 г.Санкт-Петербурга.
15. Татьяна Вадимовна Базжина, доцент кафедры теоретической и прикладной лингвистики РГГУ, доцент кафедры русской словесности НИУ ГУ-ВШЭ
16. Дмитрий Львович Быков, писатель, журналист, преподаватель средней школы.
17. Анна Ринатовна Тумурова, cтудентка факультета истории искусства РГГУ.
18. Анна Владимировна Волкова, учитель ГОУ ЦО № 57, Москва
19. Александр Семенович Кушнер, поэт, лауреат Государственной премии РФ, Пушкинской премии, национальной премии «Поэт» и др.
20. Сергей Юрьевич Неклюдов, профессор, доктор филологических наук, директор учебно-научного Центра типологии и семиотики фольклора Российского государственного гуманитарного университета, член-корреспондент (Associate Member) Mеждународного союза фольклористов (the Folklore Fellows, an International Network of Folklorists).
21. Наталия Дмитриевна Солженицына, президент Фонда А.И.Солженицына
22. Сергей Алесандрович Шаргунов, писатель.
23. Людмила Владимировна Зубова, профессор кафедры русского языка СПбГУ
24. Анна Иосифовна Левинзон, старший преподаватель кафедры словесности НИУ ВШЭ
25. Николай Алексеевич Богомолов, доктор филологических наук, профессор, зав. кафедрой литературно-художетвенной критики и публицистики МГУ им. М.В. Ломоносова.
26. Нелли Михайловна Пащук, Почетный работник общего образования РФ, учитель русского языка и литературы, обладатель Гранта Президента РФ.
27. Людмила Евгеньевна Улицкая, писатель
28. Софья Львовна Каганович, доктор филологических наук, Почетный работник высшей школы, зав.кафедрой теории и методики общего образования Новгородского института развития образования (г.Великий Новгород)
29. Марианна Бузоева, главный редактор газеты "Немецкий язык" ("Первое сентября")
30. Иван Евгеньевич Лукьянов, художник
Минкультуры станет пугалом для разрушителей наследия
Минкультуры станет пугалом для разрушителей наследия.
Президент Дмитрий Медведев своим указом упразднил Росохранкультуру и передал ее функции Минкультуры. Министр культуры посчитал, что раньше службе не хватало статуса пугать тех, кто нарушает охранные зоны
9 февраля 2011, 20:04
Леонид Полозов
Президент России Дмитрий Медведев подписал указ, в соответствии с которым упраздняется Росохранкультура, функции которой будут переданы Министерству культуры. По словам министра культуры Александра Авдеева, это позволит существенно улучшить защиту культурного наследия в России. Однако многие эксперты полагают, что нововведения могут обернуться плачевными последствиями.
Напомним, проект указа президента был опубликован на сайте Минкультуры в сентябре прошлого года и тогда же он был согласован правительством. Росохранкультура существует в нынешнем виде с 12 мая 2008 года. Она имела статус службы — федерального органа исполнительной власти и подчинялась непосредственно правительству России, находясь в ведении министерства культуры.
Исполняющим обязанности руководителя Росохранкультуры в ноябре прошлого года был назначен Виктор Петраков. Ранее он занимал должность замруководителя этой службы.
В августе 2010 года в СМИ появились сообщения о том, что Росохранкультура может быть расформирована, однако официальных комментариев не давалось до сентября, когда Авдеев объяснил журналистам, что грядущая реформа — не расформирование службы, а перегруппировка сил, чтобы лучше защищать памятники культуры.
Как сообщили сегодня в пресс-службе главы государства, расформирование Росохранкультуры было произведено «в целях оптимизации структуры федеральных органов исполнительной власти». Министерству культуры будут переданы в том числе функции «по обязательствам, возникшим в результате исполнения судебных решений».
Упразднение Росохранкультуры, по мнению Министра культуры, — «оптимальный вариант». «Теперь будет существенно повышен статус и всего направления, и самого подразделения, ведающего вопросами обеспечения сохранности и защиты культурного наследия в нашей стране», — заявил он.
По словам министра, «в прежнем статусе Росохранкультура как служба не пугала тех, кто нарушает охранные зоны, рушит памятники». «Я не хочу критиковать это ведомство, дело не в его сотрудниках, они грамотные специалисты, дело было в их заниженном статусе, — пояснил Авдеев. — Теперь, когда вопросами будет заниматься министерство, а отвечать будет лично министр, ситуация должна перемениться. В случае необходимости, теперь я буду иметь возможность докладывать о ситуации премьеру и президенту, смогу писать в Счетную палату и в прокуратуру, — пояснил Авдеев. — И с министром, очевидно, должны считаться больше, чем с представителями службы, которая, к тому же, имела заниженный статус».
Критики решения отмечают, что потеря службой самостоятельности может обернуться плачевными последствиями для культурной сферы. Например, Росохранкультура последовательно выступала против строительства «Охта-центра», в то время как авторитета Авдеева не хватило для борьбы против 403-метрового небоскреба в центре Санкт-Петербурга. Отменить строительство офисного гиганта власти города решили лишь после того, как свою позицию высказал Дмитрий Медведев. Вмешательство же президента было вызвано громкими протестами общественности и судебными процессами, которые градозащитники выиграли при активной поддержке Росохранкультуры. При этом результаты судебных побед оказались шире признания незаконности отдельной высотки: Росохранкультура уже подтвердила в суде незаконность всей городской системы высотного регулирования, разрешавшей возвести на значительной части охраняемой ЮНЕСКО территории 114 новых доминант. Точку в этом вопросе в феврале должен поставить Верховный суд, и с учетом ликвидации Росохранкультуры решение по делу во многом будет теперь зависеть от Минкультуры.
Вместе с тем Минкультуры придется взять на себя урегулирование нового конфликта со Смольным, недовольным введением пролоббированного Росохранкультурой механизма охраны исторических поселений. Он был предусмотрен федеральным законом «Об объектах культурного наследия», но реально не исполнялся. Губернатор Валентина Матвиенко уже обратилась к Владимиру Путину с просьбой освободить петербургские власти от обязанности согласовывать все строительные проекты с федеральным ведомством.
В ответ на это Авдеев пообещал издать приказ, уточняющий рамки действия неудобного для Смольного статуса. Проект приказа был подготовлен Росохранкультурой, после чего и было принято решение о ее ликвидации.
По сведениям газеты «Комерсантъ», формальным поводом для реформы стали обнародованные прошлым летом претензии Счетной палаты к Росохранкультуры, которая в ответ оценила выводы аудиторов как «недостоверные и предвзятые». Примечательно, что в момент подготовки проекта ликвидации ведомства Счетная палата обнародовала на своем сайте сделанные ею еще более жесткие выводы по результатам проверки Минкультуры и подведомственных ему структур, в том числе управляющих памятниками и реконструирующих их.
Координатор «Архнадзора» Рустам Рахматуллин рассказал BFM.ru, что не видит связи между проверками Счетной палаты и принятым решением об упразднении Росохранкультуры. «Ведомства существуют для того, чтобы управлять той или иной областью. Замечания Счетной палаты могут вести к смене руководства, стиля управления. Поэтому в данном случае можно говорить о том, что это вопрос Госполитики, а не какой-то финансовый», — считает координатор «Архнадзора».
Рахматуллин рассказал также, что изначально одной из важнейших причин появления Росохранкультуры, как отдельного ведомства, была идея развести денежные потоки и контрольные органы. В результате получилось, что Минкультуры отвечает за контроль финансов, а Росохранкультуры представляет из себя надзорный орган, осуществляющий контроль за соблюдением закона.
«Сейчас эта логика разрушается, мы возвращаемся в прежнюю советскую ситуацию или ситуацию 1990-х годов, когда и то, и другое снова сосредотачивается в Минкультуры. Можно сказать, что к этому все шло, поскольку полномочия Росохранкультуры, федерального органа охраны наследия, как бы он ни назывался, с 2007 года последовательно сокращаются», — рассказал эксперт.
«То ли они все коррумпированы, то ли некомпетентны»
Член Общественной палаты Марат Гельман уверен, что решение о расформировании Росохранкультуры было кем-то пролоббированно. «Не важно кем, но, судя по всему, это так. Мне кажется, это большая ошибка, и буквально через полгода-год мы будем заниматься спасением исторических памятников, людям придется бросаться под экскаваторы. Как минимум, это решение преждевременно. Надо было сначала модернизировать Министерство культуры, поставить их в другую позицию, не такую зависимую», — уверен Гельман.
По словам члена общественной палаты, на сегодняшний день Минкультуры — «слабая организация, которая ничего не может отстоять». «Когда мы боролись с Генпланом Москвы, то нам показали — одним из первых его согласовало Минкультуры. Когда мы вводили в Общественной палате поправки к закону о передаче культурных ценностей, Министерство культуры согласовало их в первой редакции, а редакция была очень плохая, гораздо хуже, чем сейчас», — рассказал он.
«Объяснить, почему Минкультуры — слабая организация, сложно. То ли они все коррумпированы, то ли некомпетентны. Как бы то ни было, с ними очень легко договариваться. Они всегда в долгу у местной власти, поэтому местные власти с ними очень легко договариваются. При этом половина бюджета ведомства уходит на реставрацию памятников архитектуры, а это приводит к тому, что многие сидят в приемной ведомства и пытаются эти деньги получить. Росохранкультрура была хороша тем, что она ничем другим больше не занималась. У них не было никаких обязательств ни перед кем, как кроме для будущих поколений сохранить культурное наследие», — подытожил Гельман.
Лидер Петербургского отделения партии «Яблоко» Максим Резник согласен, что решение об упразднении Росохранкультуры было пролоббированно. «Я не исключаю, что влияние оказали и петербуржские власти. То, что они имеют огромный зуб на Росохранкультуры, это бесспорно. Но я могу только догадываться, фактов у меня нет», — сказал Резник.
Источник:
http://www.bfm.ru/articles/2011/02/09/m ... .html#text
Re: Борьба за культуру
Новый проект "Геликон-оперы" противоречит закону?
![Изображение](http://i14.fastpic.ru/big/2011/0222/4f/55c18414d69bed21004b5d5418fee64f.jpg)
Прокуратура Москвы выявила нарушения в проекте реставрации и приспособления усадьбы Глебовых-Стрешневых-Шаховских для "Геликон-оперы" и считает, что этот проект противоречит закону. Об этом говорится в сообщении общественного движения "Архнадзор".
В октябре 2010 года власти Москвы приостановили часть работ по реставрации и реконструкции комплекса зданий московского музыкального театра "Геликон-опера", располагающегося в усадьбе Глебовых-Стрешневых-Шаховских на Большой Никитской улице, в связи с многочисленными протестами защитников исторического облика города.
Движение "Архнадзор" выступало против сноса старинного флигеля и предлагало скорректировать проект, исключив из него элементы реконструкции и нового строительства в усадьбе. За отмену проекта строительства новой сцены "Геликон-опера" высказалась также Общественная палата РФ.
Между тем, звезды мировой оперы написали открытое письмо московскому правительству с просьбой продолжить реконструкцию музыкального театра, а руководитель "Геликон-оперы" Дмитрий Бертман даже заявил, что готов уехать за границу, если не получит возможности работать на родине. Как напоминает "Архнадзор", общественное движение неоднократно призывало городские власти прекратить реализацию проекта "реставрации с приспособлением" зданий музыкального театра "Геликон-опера" в связи с явным, по мнению движения, противоречием проекта законодательству об объектах культурного наследия и их охранных зонах.
"Несмотря на это, до октября 2010 года проект осуществлялся, что привело, в частности, к уничтожению одного из зданий исторической усадьбы, чей статус памятника архитектуры федерального значения XVIII - XIX веков многократно зафиксирован как в проектной документации, так и в постановлениях и распоряжениях, официальных изданиях правительства Москвы", - указывается в материалах "Архнадзора".
Однако, как говорится в сообщении движения, 18 февраля 2011 года прокуратура Москвы, рассмотрев обращение координатора "Архнадзора" Натальи Румянцевой, сообщила движению, что участок предполагаемого ведения работ по реконструкции "Геликон-оперы" входит в границы охранной зоны памятников истории и культуры. Как утверждает "Архнадзор", представители прокуратуры сочли, что предусмотренное проектом новое строительство противоречит не только режиму, установленному для охранной зоны, но "и требованиям статьи 34 Федерального закона "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации".
В сообщении также добавляется, что прокуратурой Москвы установлено, что "в нарушение требований статьи 10 Закона города Москвы "Об особом порядке регулирования градостроительной деятельности на исторических территориях Москвы и на территориях зон охраны объектов культурного наследия города Москвы", проект реконструкции "Геликон-оперы" в целом Комитетом по культурному наследию Москвы не согласовывался".
По данным "Архнадзора", по фактам выявленных нарушений закона прокуратурой столицы внесено представление заместителю мэра Москвы Марату Хуснулину. "Архнадзор" выражает надежду, что власти города Москвы примут в данной ситуации единственно верное, то есть основанное на законе, решение: ввести проект "реставрации с приспособлением" усадьбы Глебовых-Стрешневых-Шаховских в рамки законодательства, отказаться от нового строительства и реконструкции, восстановить снесенные в 2009 году здания усадьбы", - заключается в сообщении движения.
http://www.tvkultura.ru/news_print.html ... 48&cid=178
![Изображение](http://i14.fastpic.ru/big/2011/0222/4f/55c18414d69bed21004b5d5418fee64f.jpg)
Прокуратура Москвы выявила нарушения в проекте реставрации и приспособления усадьбы Глебовых-Стрешневых-Шаховских для "Геликон-оперы" и считает, что этот проект противоречит закону. Об этом говорится в сообщении общественного движения "Архнадзор".
В октябре 2010 года власти Москвы приостановили часть работ по реставрации и реконструкции комплекса зданий московского музыкального театра "Геликон-опера", располагающегося в усадьбе Глебовых-Стрешневых-Шаховских на Большой Никитской улице, в связи с многочисленными протестами защитников исторического облика города.
Движение "Архнадзор" выступало против сноса старинного флигеля и предлагало скорректировать проект, исключив из него элементы реконструкции и нового строительства в усадьбе. За отмену проекта строительства новой сцены "Геликон-опера" высказалась также Общественная палата РФ.
Между тем, звезды мировой оперы написали открытое письмо московскому правительству с просьбой продолжить реконструкцию музыкального театра, а руководитель "Геликон-оперы" Дмитрий Бертман даже заявил, что готов уехать за границу, если не получит возможности работать на родине. Как напоминает "Архнадзор", общественное движение неоднократно призывало городские власти прекратить реализацию проекта "реставрации с приспособлением" зданий музыкального театра "Геликон-опера" в связи с явным, по мнению движения, противоречием проекта законодательству об объектах культурного наследия и их охранных зонах.
"Несмотря на это, до октября 2010 года проект осуществлялся, что привело, в частности, к уничтожению одного из зданий исторической усадьбы, чей статус памятника архитектуры федерального значения XVIII - XIX веков многократно зафиксирован как в проектной документации, так и в постановлениях и распоряжениях, официальных изданиях правительства Москвы", - указывается в материалах "Архнадзора".
Однако, как говорится в сообщении движения, 18 февраля 2011 года прокуратура Москвы, рассмотрев обращение координатора "Архнадзора" Натальи Румянцевой, сообщила движению, что участок предполагаемого ведения работ по реконструкции "Геликон-оперы" входит в границы охранной зоны памятников истории и культуры. Как утверждает "Архнадзор", представители прокуратуры сочли, что предусмотренное проектом новое строительство противоречит не только режиму, установленному для охранной зоны, но "и требованиям статьи 34 Федерального закона "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации".
В сообщении также добавляется, что прокуратурой Москвы установлено, что "в нарушение требований статьи 10 Закона города Москвы "Об особом порядке регулирования градостроительной деятельности на исторических территориях Москвы и на территориях зон охраны объектов культурного наследия города Москвы", проект реконструкции "Геликон-оперы" в целом Комитетом по культурному наследию Москвы не согласовывался".
По данным "Архнадзора", по фактам выявленных нарушений закона прокуратурой столицы внесено представление заместителю мэра Москвы Марату Хуснулину. "Архнадзор" выражает надежду, что власти города Москвы примут в данной ситуации единственно верное, то есть основанное на законе, решение: ввести проект "реставрации с приспособлением" усадьбы Глебовых-Стрешневых-Шаховских в рамки законодательства, отказаться от нового строительства и реконструкции, восстановить снесенные в 2009 году здания усадьбы", - заключается в сообщении движения.
http://www.tvkultura.ru/news_print.html ... 48&cid=178