АННА ДАНИЛОВА
О лженауке, будущем физики и директорах школ, ворующих диссертации.
Он - один из самых цитируемых российских физиков. Он долго и успешно работал в Германии, а потом вернулся, чтобы участвовать в возрождении Института теоретической и экспериментальной физики. 15 лет спустя был уволен из ИТЭФ за критику администрации и выступления против малой компетентности администрации и бюрократизации науки. Он - сооснователь сообщества Диссернет, борющегося со списанными диссертациями, написал программу машинного выявления плагиата. Наблюдения за жульничеством и фальсификациями он называет "занимательным человековедением" и не устает удивляться, почему так много списанных диссертаций у директоров московских школ.
На вопросы главного редактора портала "Православие и мир" Анны Даниловой отвечает
профессор Андрей Ростовцев.
![Изображение](http://i67.fastpic.ru/big/2016/0126/56/d37d503e3db69ba68cfd434abf90e856.jpg)
Андрей Африканович Ростовцев – российский физик, доктор физико-математических наук, профессор, общественный деятель. Закончил МИФИ. Сотрудник лаборатории в № 5 «Квантовая физика и информация» Институте проблем передачи информации им. А. А. Харкевича РАН.
В нашей области относительно недавно - пару лет назад - был экспериментально обнаружен бозон Хиггса, который искали до этого около сорока лет.
– А можно объяснить простыми словами: что это?
– Это такая частица. У элементарных частиц есть массы, но мир выглядел бы ужасно, если бы эти массы были у них изначально. В рамках самосогласованной модели строения мира масса всех элементарных кирпичиков, из которых, как мы понимаем, он построен (электронов, легких кварков и более тяжелых частиц), является приобретенной.
Как это может происходить? Предположим, что массовыми частицы становятся, когда продвигаются сквозь какое-то поле. Можно провести аналогию с лыжником: если он едет по склону и у него лыжи проваливаются под снег, ему становится тяжело двигаться, – то есть, взаимодействуя со снегом, он замедляется. Так же можно сказать, что частица приобрела массу, двигаясь сквозь какое-то поле, взаимодействуя с этим полем, с этим «снегом». За любое поле у нас отвечают частицы.
Собственно, сам Хиггс просто описал этот механизм и послал статью в журнал, – а журнал ему ее вернул, написав, что им нужна во всём этом какая-то составляющая, которую можно было бы экспериментально проверить. И он добавил к этой статье маленький абзац, на десяток строк: что раз есть поле, значит, у него есть квант поля, и это такая частица – бозон.